Можно рискнуть

Октябрьская революция как начало преобразований, направленных на
достижение социализма, стала не только этапом в развитии Российской ре-
волюции 1917—1922 гг., но и важным поворотом в развитии мировых про-
цессов. В 1917 — начале 1918 г. ее международное значение определялось
тем, что впервые правительство одного из воюющих государств выступало
за немедленное заключение демократического мира без аннексий и контри-
буций, с правом наций на самоопределение.
Однако в итоге все кончилось Брестским миром, который даже сами
большевики признавали грабительским и «похабным». Была ли агитация
большевиков за мир без аннексий и контрибуций утопичной или, хуже
того, демагогичной? Может быть, они все-таки действовали в интересах
Германии? Можно ли в тех условиях заключить более выгодное соглаше-
ние или продолжать войну?
9 (22) декабря 1917 г. начались мирные переговоры между Россией и дер-
жавами Четверного союза в Брест-Литовске. Большевики приняли такти-
ку затягивания переговоров в ожидании мировой революции. Зато их пред-
ложения приобрели мировую популярность. Однако государства Антанты
не признали большевистское правительство и не присоединились к перего-
ворам, рассчитывая на победу над Германией.
Стоило ли затягивать переговоры? Может быть, нужно было отдать нем-
цам территории, которые они оккупировали, и таким образом сохранить
Эстонию, половину Латвии и Украину за Россией? Но такая немедленная
капитуляция в тех исторических условиях означала бы даже более силь-
ный удар по престижу большевиков, чем то, что произошло в марте 1918 г.
после подписания мира. Большевики не могли сразу сдаться, даже не по-
пытавшись отстаивать свои идеи. А в марте 1918 г. уже было ясно, что Рос-
сия подчиняется грубой силе.
Нельзя сказать, что у советских представителей на переговорах совсем
не было шанса на успех. Продовольственный кризис в Германии и Ав-
стро-Венгрии обострился. В январе стачки охватили Берлин, Вену и Бу-
дапешт. В руководстве Германии и Австро-Венгрии были сторонники за-
ключения мира с Россией на мягких для нее условиях. Но решающее слово
по-прежнему принадлежало германскому руководству, а оно не намерено
было упускать «плоды победы» — приобретение Прибалтики и контроль
над Украиной, продовольственные запасы которой позволяли стабилизи-
ровать социальную ситуацию еще на несколько месяцев — решающих в
финале Первой мировой войны.
5 (18) января 1918 г. германский генерал М. Гофман предъявил совет-
ской делегации карту, на которой была обозначена линия немецкой сферы
влияния, почти совпадающая с линией фронта. К западу от нее Германия
обещала провести «самоопределение» Польши, Литвы и Курляндии под
своим контролем, планируя создать марионеточные государства.
Ленин считал, что можно пойти на любой мир, чтобы начать строить
социализм. И тогда конструктивный пример России обеспечит мировое
торжество коммунистических идей. Левые коммунисты во главе с Н. Бу-
хариным и левые эсеры считали, что капитуляция перед империализ-
мом исключает успешное решение социалистических задач. Россия будет
зависима от империализма, который к тому же отнимает у России часть
ресурсов, без которых нельзя возродить экономику. Левые эсеры понима-
ли также, что выполнение немецких условий углубит продовольственный
кризис, и расплачиваться придется крестьянству, интересы которого левые
эсеры представляли в рабоче-крестьянском союзе. Немецкий ультиматум
уязвлял и патриотические чувства населения России, и принципы револю-
ционеров. В. Ленин предложил все же принять немецкий ультиматум, так
как считал, что советские отряды и разлагающаяся старая армия не смогут
оказать успешного сопротивления немецкому наступлению.
Нарком иностранных дел Л. Троцкий пытался сблизить позиции ле-
вых и правых большевиков с помощью рискованной внешнеполитической
игры. Если развал армии неизбежен, ее нужно распустить, получив, таким
образом, поддержку солдат в дальнейшей политической борьбе в России.
Положение противника также тяжело — он не в состоянии продолжить
войну. Велик шанс, что Германия не решится наступать. Можно рискнуть —
отказаться от заключения мира до лучших (для Германии и России) вре-
мен. Тогда тяжелый выбор, разделивший партию надвое, становится из-
лишним. Лозунг этой рискованной игры Троцкого: «Ни мира, ни войны, а
армию распустить».
Многое зависело от Центральной рады Украины, которая, контролируя
Киев и центральную часть Украины, вступила в конфликт с большевика-
ми и в поиске международной опоры стала сближаться с Германией и Ав-
стро-Венгрией. В конце декабря советские отряды развернули наступление
на Киев. Центральная рада 9(22) января 1918 г. провозгласила независи-
мость Украинской народной республики (УНР). Но 26 января (8 февраля)
1918 г. советские войска, в рядах которых сражались и украинцы, взяли
Киев.
В этих условиях 27 января (9 февраля) 1918 г. представители Централь-
ной рады решили отгородиться от большевиков немецкими штыками и
подписали договор с державами Четверного союза. Это определило судьбу
Украины в 1918 г. и резко ослабило позицию России на переговорах. 9 фев-
раля германский император Вильгельм II потребовал от своих дипломатов
предъявить ультиматум Троцкому — сдать всю Прибалтику до Пскова и
Нарвы. Но Троцкий не стал дожидаться неизбежного ультиматума. 10 фев-
раля он заявил, что отказывается подписать аннексионистский мирный
договор, заявив, тем не менее, о прекращении состояния войны и демоби-
лизации армии.
Немцы не могли позволить себе длительного продолжения войны на вос-
точном фронте. Но быстрый удар они могли нанести и 18 февраля перешли
в наступление. Лишь на отдельных участках фронта российская армия
смогла оказать им сопротивление. Противник занял Таллин, Псков, Киев и
продолжал продвигаться по Украине. Стало ясно, что удержать фронт ста-
рая российская армия не может.
23 февраля Ленин с большим трудом добился принятия германских ус-
ловий мира в ЦК большевиков. Тем самым было обеспечено принятие этого
тяжелого решения и другими органами Советской власти, в которых боль-
шевики имели большинство. В ночь на 24 февраля вопреки сопротивлению
левых эсеров и отдельных левых коммунистов ВЦИК санкционировал под-
писание мира, что было сделано в Брест-Литовске 3 марта 1918 г. По усло-
виям Брестского мира Россия отказывалась от прав на Финляндию, Укра-
ину, Прибалтику и часть Закавказья.
Оккупация Украины с последующей экспансией германских войск в
пределы собственно Российской республики (Ростов-на-Дону и др.) нару-
шала связи центра России с хлебными районами. Это усугубляло продо-
вольственную проблему и еще сильнее обостряло отношения горожан и
крестьянства. Левые эсеры 18 марта вышли из правительства и развернули
агитационную кампанию против большевиков в Советах. Те ресурсы, ко-
торые удалось отправить в Германию и Австро-Венгрию, помогли руковод-
ству этих государств стабилизировать ситуацию в них до осени. Капиту-
ляция перед Германией настроила против большевиков миллионы людей,
которые придерживались самых разных политических взглядов.
Но затянув переговоры, не желая капитулировать сразу, большевики со-
хранили авторитет среди части населения. В марте 1918 г. было ясно, что
большевики пытались сопротивляться Германии, но в итоге подчинились
силе. Солдатская масса устала от окопов, и многие поддерживали мир лю-
бой ценой. Продолжение войны в условиях отступления по всему фронту до
Москвы и падения Петрограда ставило под сомнение сохранение Советской
власти. Поэтому Брестский мир хоть и был вынужденным, но необходи-
мость его заключения была связана также с самосохранением Советской
власти.
При первой возможности, после начала революции в Германии в ноябре
1918 г. Россия денонсировала Брестский мир, и с конца 1918 г. Красная ар-
мия развернула наступление в Прибалтике, Белоруссии и на Украине. Со-
ветское руководство стремилось не только расширить границы советской
территории, но и победить империализм в мировом масштабе.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *