Там писали черт знает что

«Между тем наш ужин затянулся далеко за полночь.

— Я тебя провожу до гостиницы, — заявил вдруг Лимонов, когда я сказал, что устал и мне пора уходить.

— Спасибо, не надо.

— Нет, я пойду провожать, — не унимался Эдуард. — Прогуляемся.

— Лучше отдохни, — завтра… нет, уже сегодня у вас будет трудный день. Во сколько вам ехать в суд?…

Но он охмелел и не хотел ничего слушать: пойду и все!

И тут я вспомнил знаменитый фильм Михаила Ромма «Ленин в Октябре».

— Ну а как же партийная дисциплина? — спросил я, призвав взглядом в союзники сидящих рядом парней, которых явно не обрадовало внезапное желание их вождя пойти гулять по ночному городу. — Им партия поручила тебя доставить в Питер и обратно в полной сохранности. Они отвечают за твою жизнь перед партией, а ты что делаешь?…

— Они тоже пойдут, — возразил Лимонов.

— Нет, это не дело, — сказал я с самым серьезным видом. — Сейчас позвоню в Москву и расскажу, что ты задумал. Давай, как партия скажет, так и сделаем.

Я взял свой смартфон и сделал вид, что ищу в контактах номера телефонов соратников Лимонова. Он выжидательно уставился на меня, и ребята тоже.

— Так, Аверин… Нет, Аверин — только пресс-секретарь. Он такие вопросы не решает. Аксенов… Вот, это, наверное, то, что надо. Он же у вас сейчас самый главный?…

Лимонов улыбался. Ребята косились на него и тоже улыбались.

— Алло! Сергей, доброй ночи! Извини, что разбудил, — сказал я, приложив смартфон к уху и сделав вид, что дозвонился до Аксенова. — Мы в Питере… Да, доехали нормально. Но вот Эдуард Вениаминович хочет сейчас идти провожать меня до гостиницы. Я категорически против, ведь он выпил, мы тоже. Как ты считаешь, можно ему идти в город? Нет? Конечно, все может произойти… Менты не спят, враги не дремлют… Значит, что ему передать? Партия запрещает? Да, так и скажу… Миша здесь. Илья и Коля тоже рядом… Разумеется, ставить под угрозу его жизнь недопустимо. И я о том же… Нет, Михаил не пил… Все понял, передам. Извини, спокойной ночи!..

— Ну, всем все понятно? — обведя взглядом присутствующих, спросил я, когда «закончил разговор» с Аксеновым. — Партия запрещает вам выходить сейчас в город и рисковать жизнью Эдуарда Вениаминовича.

Ребята дружно закивали, стараясь при этом не смотреть ни на меня, ни на Лимонова.

— Считайте, что партия вынесла специальное постановление.

Плечи у Лимонова как-то вдруг сразу опустились.

— Ну ладно, — произнес он. — Но пусть ребята тебя проводят.»

А уже утром, бодрым и свежим, Эдуард прибыл в суд и стал отвечать на вопросы судьи Яковлева:

— Как строилась структура вашей партии?

— Ваша честь, наша партия всегда жила по методу Орды, что хотела, то и делала.

— Что такое газета «Лимонка»?

— Это не газета, ваша честь, это был шедевр, там писали черт знает что.

— Что вы можете сказать об отличии НБП от «Другой России»?

— Ваша честь, у меня было много жен, я их между собой не сравниваю…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *